Паломничество на Святую Землю - ноябрь 2011

 

Паломничество на Святую Землю (ноябрь 2011 г.). Притяжение Святой Земли.

Ничего нет в этой жизни случайного. Особенно ясно это становится теперь, когда прошёл уже целый год с той незабываемой поездки, вернее, полёта из мира дольнего в мир евангельских сказаний и оживших преданий Святой Церкви.

У каждого из нас за этот год произошли события, из которых постепенно понимаешь, для чего была дарована эта драгоценная возможность прикоснуться своей рукой к величайшей святыне и получить уверение …Стать свидетелем. Сколько невыносимо тяжёлых минут было впоследствии разбавлено и просветлено воспоминаниями, как облегчали они молитву веры…

…Святая Земля начинает приближаться к тебе по мере твоего приближения к ней. Знакомые слова молитвословий ко Причащению вдруг начинают переливаться живыми красками и смыслами, которые раньше отчего-то не просматривались поверх типографского текста.

«Молитвы моя Господеви воздам пред всеми людьми Его.… Во дворех дому Господня, посреде тебе, Иерусалиме…», и в ту же секунду шасси самолёта мягко касаются земли обетованной. А сердце окатывает горячая волна: «…посреде тебе, Иерусалиме…», повторяю ещё раз, чтобы войти в его реальность, услышать призыв этого единственного на планете города, у которого нет прошлого, а одно только вечное настоящее, над которым время не имеет власти …

Ощущение святости места, куда выруливает наш лайнер, пронзает мгновенно, как только спускаешься с трапа. Это необъяснимое чувство не похоже ни на что. Его трудно вместить сразу. Высокое небо обнимает тебя со всех сторон и освежает душу, проникая глубоко, глубоко…им дышали пророки, оно прикасалось к ранам Спасителя…

 Неподвижность времени не означает какой-то мёртвой застылости, наоборот! Жизнь здесь бурлит, шумит на улицах гортанным эхом восточной речи…и невозможно отделаться от мысли, что точно так же на этом же месте крутился водоворот жизни и 20 веков назад.

Так же копошился восточный базар на узких улочках, и редким зевакам было дело до окровавленного Узника, изнемогающего под Крестом…

Иудеи, магометане, христиане православные и инославные не смешиваются здесь в один народ, а как-то обтекают друг друга в этом узком пространстве, не соприкасаясь, обходя какие-то невидимые границы, нарушение которых грозит вселенским взрывом.Живые персонажи евангельской истории составляют пёструю уличную толпу. Без труда узнаёшь в лицо чтителей субботы. Фарисеев и книжников под ветхозаветными покровами, чьи ледяные взоры проникают сквозь тебя - не видя, как через прозрачное стекло…

Не могу отделаться от ощущения присутствия внутри иконы – настолько узнаваемы окружающие нас сакральные предметы, при этом обратная перспектива вбирает тебя в своё парадоксальное поле, отдаляя близкое и неважное и опаляя соприкосновением с давно прошедшим, которое всё – здесь и сейчас.

Батюшка не выпускает из рук Евангелие, и на каждом шагу читает вслух тихие слова, которые на этом месте обретают плоть и кровь, свой неповторимый запах и цвет. Ведь именно здесь они впервые прозвучали.

Соприкосновение с материальной средой Священной Истории как-то гасит в душе праздные мечтания, и пустые слова сами собой замирают где-то далеко на подступе к устам. Не могу припомнить ни одного случая, когда бы разгорелась вдруг среди нас дискуссия на какую-то житейскую тему, или прозвучало диссонансом грубое или шутливое словцо.

Каждому хотелось пробраться поближе к батюшке, чтобы спросить о самом главном – как будто не хватило десяти лет общения в Москве! Здесь и вопрос, и ответ прозвучат иначе…

Здесь повсюду царит вечное животворящее Слово, и наши мысли и сердца притягиваются к Нему, как мелкий космический мусор к Солнцу, и проникают в Его поле.

 В своей обыденной жизни мы привыкли иметь дело с символами в церковном обряде, и они нам тоже дороги. Но какая же разница между ними и этой полнокровной реальностью!

Вот Голгофа, которая дала силу нашим крестикам, что у каждого благоговейно хранится у сердца. Дозволено вместе с учеником вложить похолодевшую руку в глубокую рану…её нанесли земле распинатели. Здесь, именно на этом месте, стоял Его Крест…и острая, как от удара топором, расщелина в скале не даёт забыть тот самый день весеннего месяца нисана, о котором повествует 27 глава от Матфея.

Ночь с субботы на воскресенье мы провели, по традиции, в храме Гроба Господня. Только здесь понимаешь, и то не до конца, лишь на уровне чувства (а какой ещё уровень доступен для нас, строго говоря…), что такое Пасха, которую вспоминает Церковь в каждый из воскресных дней.

Само долгое стояние у Кувуклии, к Святому Гробу, среди притихшей толпы - оно как томительное ожидание рассвета нескончаемой субботней ночью, когда никто из учеников не сомкнул глаз.…

Сейчас есть время вспомнить всех, кто остался в России и поручил тебе донести сюда свои молитвы…стараешься не забыть никого.

И вдруг – холодком по спине - «неужели это, правда, со мной происходит? Сейчас войду, увижу и прикоснусь к камню, на котором лежало Тело, «за ны ломимое»…с этого камня Он восстал, чтобы и ты воскрес…»

Кувуклия – это храм в храме, алтарь в алтаре, потому что что же такое Гроб Господень, как не центр и алтарь Вселенной? Сбоку от неё горит неугасимая лампада, зажигаемая от Благодатного Огня - все, кто покупает свечи в Иерусалиме, обжигают их здесь, чтобы стать причастниками Пасхи Христовой – и среди лета, и среди зимы.

Молитвенное, лишённое всяких прикрас греческое пение ничуть не мешает следить за ходом Богослужения– вот и Херувимская… Символ веры…Милость мира…Отче наш. Всё родное и знакомое, легко узнаваемое. Мы все готовимся. Вот за этим мы проделали долгий путь – чтобы принять Святые Тайны здесь, на месте, где пролилась «во оставление грехов…Кровь Нового Завета».

…Храм Гроба Господня на удивление не похож на свои растиражированные изображения, и все многочисленные описания, даже и киносъёмки, не дают правдивого представления о его истинных пропорциях. Снаружи он не кажется той грандиозной крепостью, какой выглядит на картинках, зато вступив под его своды, сразу проваливаешься во времени и теряешься в пространстве.

Нанизанные на повествовательную нить Евангелия приделы, принадлежащие разным христианским церквам, обозначают главные места, связанные с событиями Страстной Седмицы.

Одни расписаны фресками и украшены мозаикой, а другие как будто забыты…как гробница праведного старца Иосифа Аримафейского. Ну, правильно, он ведь отдал пристанище, которое приготовил для себя – Другому, и пребывает в этом добровольном смирении и по смерти…

Мы сподобились пройти путь от Гефсимании до Голгофы, и у каждого этот путь был свой… Общее было одно – зажатый в руке Крест с частичкой Святой Земли, в которой мы надеемся унести домой, подобно Преподобному Давиду Гареджийскому, её неоскудевающую благодать…

Когда читаются Страстные главы в церкви, все расстояния Крестного пути кажутся на привычный нам русский манер огромными, а здесь всё так близко!

Зато иерусалимская Овчая купель поразила масштабами, это настоящие римские термы, а вовсе не озерцо для напоения скота, как можно было подумать. Спуститься в нужный момент в воду - почти невыполнимая задача даже для тренированного атлета, что говорить о расслабленном!

«Они пошли в Иерусалим на праздник…». Из Вифании, Назарета, с берегов Мёртвого моря и изТивериады. Здесь же, у озера Геннисаретского, располагается Магдала и Вифсаида, родина верных учеников. Какая бестрепетная и мужественная любовь к Богу заставляла их оставить эти райские уголки и двинуться в опасный путь через безжизненную пустыню, которая встречала их уже за первым поворотом… «Пошли в Иерусалим…». Теперь всегда при этих словах перед глазами будут вставать жёлто-буро-красные сожжённые солнцем холмы, и горстка людей, поднимающих облачка сухой пыли своими посохами…

 

Фотогалерея "Притяжение Святой Земли"

 

Пожертвование

ХРАМ ЖИВОНАЧАЛЬНОЙ ТРОИЦЫ В ЧЕРТАНОВЕ НУЖДАЕТСЯ В ПРАВОСЛАВНОЙ УБОРЩИЦЕ

За справками просьба обращаться к Татьяне Алексеевне:
8 (963) 770-76-22

Поступление в
Николо-Угрешскую
семинарию

Поступление в Николо-Угрешскую семинарию
Поступление в Николо-Угрешскую семинарию